Была у меня в институтском возрасте такая дурная привычка, как чёрный юмор. Очень черный и очень злой. Тут я мог пошутить любую шутку… да хоть про концлагерь. Так вот, контекст. Одно дело — скажем, подловить студента перед экзаменом, не спешащего входить в аудиторию, и завернуть ему шутку… например, про евреев Рабиновича и Шендеровича, которые приехали в Бухенвальд (с общей моралью — раньше, позже — какая разница, мол, чего ты мнешься — давай вперёд. Аллюзия «препод»=«газовая камера»), ну хи-хи, ха-ха, смешно же. И совсем другое — завернуть ту же шутку… скажем, человеку, который газовую камеру видел не на картинке и как раз в то время что и происходит действие анекдота. Реакция, по сравнению с хихикающими студентами, может и удивить.
Так вот, то же самое с отличными шутками на тему российской действительности и политики. В современной России с её относительно благополучным уровнем жизни это вполне себе шутки (хотя, при желании, в какой-нибудь глубинке можно отыскать место где будет не до шуток). Иногда плоские, но шутки. Однако вокруг нас полно людей, которые застали то самое время. Которые в силу личного опыта воспримут это уже не как шутку, а как запредельный цинизм, издевательство (в духе «да я страдал, а этот козёл ещё мне тут шутки петросянить удумал»), признак небольшого ума и вообще чуть ли не национал-предательство. И, чёрт возьми, будут по-своему правы. Сложно ругать человека, прошедшего концлагеря, за то, что тот не оценил шутку про газовую камеру.
В общем-то один универсальный ответ. БАЗА. Некий общекультурный фундамент, из которого произрастают характерные тропы, мемы и мировосприятие. На базе которого и делаются ролевые.
С точки зрения чего-либо «западного» есть тот же замечательный VHS-verse (в который так или иначе упираются характерные представления; благо современная Америка от него может быть ещё дальше, чем Россия). У нас же… ну все всех поняли. Какого-то титана уровня VHS-Verse ещё поискать надо. Если же брать литературную традицию — то и тут всё как с VHS-версом. Вот, например, жанр ужасов. «Западная» традиция располагает широким спектром от запредельно-викторианского Мейчена до чернушного Баркера. На любой вкус. Бери и пользуйся. У нас… все всех поняли. Нет, можно, конечно, привести конкретные примеры вроде Андрея «Ганза в переводе Гоблина» Круза с его зомбоапокалипсисом пересказом характерных ганзейских срачей или Михаила «А я тоже знаю, что такое постмодернизм» Елизарова с его высосанной из пальца «мистикой», но… в сравнении с вышеупомянутыми это будет как-то… упитанно. Не Баркер Елизаров, ох не Баркер. Да и Круз не Макс Брукс.
Плюс, есть ещё такая штука, как конкуренция. Мир-то один. В плане конкуренции VHS-верс сделал наши отечественные аналоги как детей. Собственно, в чём заключается «феномен» «западопоклонства», аппеляцию к которому я видел у Арриса, и чуть ранее у Астиона на ролемире? Объективно, в том, что в 80х-90х западные клюквокартины с картонными злодеями, запредельной ненавистью ко всему советскому и шизофазийными надписями объективно оказались гораздо смотрибельнее и дружественнее зрителю, чем отечественные… гм… аналоги. И это если не рассматривать те продукты «фабрики грёз», где ничего из вышеперечисленного и не было; тут уж сравнение будет совсем не в пользу наших. Точнее, учитывая воззрения многих творцов, скорее «наших».
Я не считаю что в России нет и в принципе не может быть ничего хорошего. В принципе есть, и на уровне proof of concept найти положительные примеры можно. Однако и они на сей день будут каплей в море по сравнению со всем остальным, которое, собственно, погоду и делает.
Кстати, да. Сугубо ИМХО, потому что «солнце» требует совершенно анимешного мировосприятия, но до этого ещё догадаться надо.
Это как Ромеровская «Земля мёртвых» — с точки зрения зомбоапокалипсиса, ну бред бредом; с точки зрения социальной драмы аллюзии усмотреть можно. Проблема только в том, что пока люди поймут, что это надо смотреть именно как социальный посыл, в ней уже успевают разочароваться. То же самое, ИМХО, и с «ВС».
Играли. Играли по Москве (никто в Москве толком не ориентировался), играли по Питеру (с тех пор решил, что играть по городу, который все остальные лучше знают — плохая идея для мастера). Все то же самое, что и другие города. Отличий было мало, связаны были в основном с взаимодействием с полицией.
Играли по Красной Земле (в паре мелких городов). Тоже норм. Приблизительно так же, как играть по Гражданской Войне в США (все равно толком никто не разбирается)
А новых подменышей, где феодализм как минимум не везде, это не объясняет. Хотя мысль «если делаешь, то делай нормально» хороша и действительно работает)
В общем нас спасет только новая пропаганда. Пропаганда не устаревшего стиля западной жизни, а Нашего Нового Будущего. Каким оно будет? По каким лекалам мы его построим? Кто нам эти лекала вложит в руки?
В такие дни полезно перечитывать Ефремова, Булычова, Снегова, Стругацких. И задумываться — а куда нас толкает весь этот шитсторм, пришедший из-за бугра?
К слову, ряд российских авторов этой самой пропагандой занимаются вовсю. Из значимых я должен назвать Романа Злотникова — имперско-монархическая идеология. Из менее известных есть Верещагин (с отличными книгами для подростков, кстати).
P.S. Следуя правилу «сапиенсы учатся, играя» я считаю, что использовать НРИ для пропаганды — полезная и правильная идея.
современными российскими культурными архетипами, ИРЛ является десятикратно пережеванной американской внутренней пропагандой двадцатилетней давности.
Вот да. Помню, году эдак в 1992 на прилавках появилась куча переведенной фантастики. Про конана всякого бладжад, всякая прочая хрень.
Переведенной кстати, крайне ху хреново, гугл транслейт нервно курит в сторонке.
К примеру, «Звездные Короли» (Гамильтона) — выдавался как новейшая и современная космоопера. А когда написан? Хаха, в 1947! Походу, на издание и перевод шли книги, у которых за давностию лет срок копирайта вышел.
P.S. То, что все это — подсаживание страны на иглу морально устаревшей фантастики — чей-то хитрый план — мне даже не хочется думать (хотя очень на то похоже и вслед возникает резонный вопрос — «А чей же это хитрый план?». А вместе с ответом вылезает Теория Заговора и Ящерики)
Если только по антуражу НИИЧАВО, но тут лучше все таки книгу прочитать — вряд ли у мастера будет такой же талант, как у автора. Лично я не возьмусь перепеть НИИЧАВО на новый лад. Или на рельсы НРИ.
Считаете, что люди просто берут что есть, чтобы не изобретать велосипед?
Именно так. Проще, быстрее… и не попадаешь впростак. К тому же, чтобы построить свою достоверную линейку существ — нужно очень неплохо изучить местную мифологию. А играть то хочется сейчас! ;)
Уже полтора года играем по "ЛенУГРО против вампиров" (правда начиналось все как «Эра Водолея-1924»). Играем по реальной карте Ленинграда. Но вот нюанс: мы используем реальную карту 1925 года. Со всеми топонимами 1925 года — площадь Урицкого, Проспект 25 октября, проспект Володарского, набережная Жореса, набережная 9 января 1905, улица Симбирская и так далее.
Надо отметить, идеологически выдержанные топонимы добавляют в игру свой особенный дух. Дух истории.
Вообще, по части привязок к реальным картам — это целая история.
Плюсы привязки к реальным картам:
* карта уже нарисована за тебя, её надо только изучить
* детерминированность карты работает как на стороне мастера, так и на стороне игрока: если мы заявляем «играем по реальной карте» — на улице не появится внезапно подворотни, куда можно свернуть в случае погони, но и не появится подворотни, откуда могут «случайно» вывернуть бандиты.
Минусы привязки
* Игрок может счесть, что он лучше знает тот район, где происходит действо. И может попробовать объяснить, почему мастер не прав (у нас так регулярно происходит, кстати)
* детерминированность карты исключает появление «чего-то новенького».
Вождение по родному городу (или хорошо знакомому) добавляет как плюсов, так и минусов. При некоторой фантазии (и взаимоуступках) можно понастроить на имеющейся улице дома, которых не было и проложить маршруты, которых нет.
Зомбиапокалипсис я водил по Архангельску. Честно говоря, пришлось долго сидеть, изучать карту, смотреть панорамы, фотографии… просто чтобы представить, как там оно все (а игра была частично стратегическая, но по большей части — экономико-тактическая). Не могу сказать, в итоге, что в город я влюбился, но побывать там очень хочется.
Самая большая проблема — игроки имеют патологическую привязанность к реальным картам. Водишь ты их по полувыдуманным окрестностям Архангельска, а они тебе такие и заявляют: «А мы на карте посмотрели, нет там этих складов!».
С другой стороны, если склады таки есть, привязываться к реальным картам удобнее по некоторым причинам (в основном потому, что ткнул пальцем и заявил: тут болото и рядом с птицей).
Вообще, по части привязок к реальным картам — это целая история.
Отечественный кинематограф («Левиафан», «Груз 200», «Зеленый слоник») и некоторые мастера, рисуют нам окружающу реальность как нечто беспросветное и инфернальное.
Ну, кстати, при небольшой обработке в СР2020 по тамошнему СССР вполне можно играть. У меня даже лежал где-то набросок для игры а-ля ГИТС на территории Великой и Необъятной.
Оборотень генерит себе столько магкомпонентов при 0 магии, что всем остальным и не снилось. Он полностью подготовлен обычно уже ко второй неделе (так что даже потеря оранжереи его не смущает).
После плейтеста было принято решение ограничиваться финальным поединком команда на команду, скидываясь всеми кубами в один пул, т.к. в ситуации «два игрока по 7 кубов и джокер с тремя кубами» сторона, к которой джокер примкнул практически автоматом проигрывает, что немного странно.
Викарий — исключительно бесполезен, если остальные не подставляются, а сам он — не джокер. А если он джокер, то он тут же раскрывается после первого же убийства (что, в принципе, не так плохо, пожалуй).
Правилами обойден момент про необходимость знать, где живут умершие для выяснения места ритуала. Мы решили следовать букве, в итоге все шпионили за мертвецом (т.к. на момент его убийства никто не знал, где он живет).
У Доброго Доктора ничто не мешает выкрасть Экспериментального Человека, кроме хода, который делает наличие Экспериментального Человека бессмысленным («Никого нет дома» или как-то так). Мы решили, что красть его все-таки нельзя, но все равно — в правилах этого нет, а наличие самой возможности делает персонажа неиграбельным без хоумрулов и упирания на логическую непоследовательность.
В принципе, игра забавная. В среду сыграю с другими людьми, может чего допишу.
Была у меня в институтском возрасте такая дурная привычка, как чёрный юмор. Очень черный и очень злой. Тут я мог пошутить любую шутку… да хоть про концлагерь. Так вот, контекст. Одно дело — скажем, подловить студента перед экзаменом, не спешащего входить в аудиторию, и завернуть ему шутку… например, про евреев Рабиновича и Шендеровича, которые приехали в Бухенвальд (с общей моралью — раньше, позже — какая разница, мол, чего ты мнешься — давай вперёд. Аллюзия «препод»=«газовая камера»), ну хи-хи, ха-ха, смешно же. И совсем другое — завернуть ту же шутку… скажем, человеку, который газовую камеру видел не на картинке и как раз в то время что и происходит действие анекдота. Реакция, по сравнению с хихикающими студентами, может и удивить.
Так вот, то же самое с отличными шутками на тему российской действительности и политики. В современной России с её относительно благополучным уровнем жизни это вполне себе шутки (хотя, при желании, в какой-нибудь глубинке можно отыскать место где будет не до шуток). Иногда плоские, но шутки. Однако вокруг нас полно людей, которые застали то самое время. Которые в силу личного опыта воспримут это уже не как шутку, а как запредельный цинизм, издевательство (в духе «да я страдал, а этот козёл ещё мне тут шутки петросянить удумал»), признак небольшого ума и вообще чуть ли не национал-предательство. И, чёрт возьми, будут по-своему правы. Сложно ругать человека, прошедшего концлагеря, за то, что тот не оценил шутку про газовую камеру.
С точки зрения чего-либо «западного» есть тот же замечательный VHS-verse (в который так или иначе упираются характерные представления; благо современная Америка от него может быть ещё дальше, чем Россия). У нас же… ну все всех поняли. Какого-то титана уровня VHS-Verse ещё поискать надо. Если же брать литературную традицию — то и тут всё как с VHS-версом. Вот, например, жанр ужасов. «Западная» традиция располагает широким спектром от запредельно-викторианского Мейчена до чернушного Баркера. На любой вкус. Бери и пользуйся. У нас… все всех поняли. Нет, можно, конечно, привести конкретные примеры вроде Андрея «Ганза в переводе Гоблина» Круза с его
зомбоапокалипсисомпересказом характерных ганзейских срачей или Михаила «А я тоже знаю, что такое постмодернизм» Елизарова с его высосанной из пальца «мистикой», но… в сравнении с вышеупомянутыми это будет как-то… упитанно. Не Баркер Елизаров, ох не Баркер. Да и Круз не Макс Брукс.Плюс, есть ещё такая штука, как конкуренция. Мир-то один. В плане конкуренции VHS-верс сделал наши отечественные аналоги как детей. Собственно, в чём заключается «феномен» «западопоклонства», аппеляцию к которому я видел у Арриса, и чуть ранее у Астиона на ролемире? Объективно, в том, что в 80х-90х западные клюквокартины с картонными злодеями, запредельной ненавистью ко всему советскому и шизофазийными надписями объективно оказались гораздо смотрибельнее и дружественнее зрителю, чем отечественные… гм… аналоги. И это если не рассматривать те продукты «фабрики грёз», где ничего из вышеперечисленного и не было; тут уж сравнение будет совсем не в пользу наших. Точнее, учитывая воззрения многих творцов, скорее «наших».
Я не считаю что в России нет и в принципе не может быть ничего хорошего. В принципе есть, и на уровне proof of concept найти положительные примеры можно. Однако и они на сей день будут каплей в море по сравнению со всем остальным, которое, собственно, погоду и делает.
Это как Ромеровская «Земля мёртвых» — с точки зрения зомбоапокалипсиса, ну бред бредом; с точки зрения социальной драмы аллюзии усмотреть можно. Проблема только в том, что пока люди поймут, что это надо смотреть именно как социальный посыл, в ней уже успевают разочароваться. То же самое, ИМХО, и с «ВС».
Играли по Красной Земле (в паре мелких городов). Тоже норм. Приблизительно так же, как играть по Гражданской Войне в США (все равно толком никто не разбирается)
В такие дни полезно перечитывать Ефремова, Булычова, Снегова, Стругацких. И задумываться — а куда нас толкает весь этот шитсторм, пришедший из-за бугра?
К слову, ряд российских авторов этой самой пропагандой занимаются вовсю. Из значимых я должен назвать Романа Злотникова — имперско-монархическая идеология. Из менее известных есть Верещагин (с отличными книгами для подростков, кстати).
P.S. Следуя правилу «сапиенсы учатся, играя» я считаю, что использовать НРИ для пропаганды — полезная и правильная идея.
Поправлю: инженерно-технического. Гайки крутить — стыдно и немодно.
Переведенной кстати, крайне
хухреново, гугл транслейт нервно курит в сторонке.К примеру, «Звездные Короли» (Гамильтона) — выдавался как новейшая и современная космоопера. А когда написан? Хаха, в 1947! Походу, на издание и перевод шли книги, у которых за давностию лет срок копирайта вышел.
P.S. То, что все это — подсаживание страны на иглу морально устаревшей фантастики — чей-то хитрый план — мне даже не хочется думать (хотя очень на то похоже и вслед возникает резонный вопрос — «А чей же это хитрый план?». А вместе с ответом вылезает Теория Заговора и Ящерики)
Это самодостаточное произведение.
Если только по антуражу НИИЧАВО, но тут лучше все таки книгу прочитать — вряд ли у мастера будет такой же талант, как у автора. Лично я не возьмусь перепеть НИИЧАВО на новый лад. Или на рельсы НРИ.
Уже полтора года играем по "ЛенУГРО против вампиров" (правда начиналось все как «Эра Водолея-1924»). Играем по реальной карте Ленинграда. Но вот нюанс: мы используем реальную карту 1925 года. Со всеми топонимами 1925 года — площадь Урицкого, Проспект 25 октября, проспект Володарского, набережная Жореса, набережная 9 января 1905, улица Симбирская и так далее.
Надо отметить, идеологически выдержанные топонимы добавляют в игру свой особенный дух. Дух истории.
Плюсы привязки к реальным картам:
* карта уже нарисована за тебя, её надо только изучить
* детерминированность карты работает как на стороне мастера, так и на стороне игрока: если мы заявляем «играем по реальной карте» — на улице не появится внезапно подворотни, куда можно свернуть в случае погони, но и не появится подворотни, откуда могут «случайно» вывернуть бандиты.
Минусы привязки
* Игрок может счесть, что он лучше знает тот район, где происходит действо. И может попробовать объяснить, почему мастер не прав (у нас так регулярно происходит, кстати)
* детерминированность карты исключает появление «чего-то новенького».
Вождение по родному городу (или хорошо знакомому) добавляет как плюсов, так и минусов. При некоторой фантазии (и взаимоуступках) можно понастроить на имеющейся улице дома, которых не было и проложить маршруты, которых нет.
Зомбиапокалипсис я водил по Архангельску. Честно говоря, пришлось долго сидеть, изучать карту, смотреть панорамы, фотографии… просто чтобы представить, как там оно все (а игра была частично стратегическая, но по большей части — экономико-тактическая). Не могу сказать, в итоге, что в город я влюбился, но побывать там очень хочется.
Водил «зомбиапокалипсис».
Самая большая проблема — игроки имеют патологическую привязанность к реальным картам. Водишь ты их по полувыдуманным окрестностям Архангельска, а они тебе такие и заявляют: «А мы на карте посмотрели, нет там этих складов!».
С другой стороны, если склады таки есть, привязываться к реальным картам удобнее по некоторым причинам (в основном потому, что ткнул пальцем и заявил: тут болото и рядом с птицей).
Вообще, по части привязок к реальным картам — это целая история.
Еще не смотрел вышеперечисленные фильмы, но в копилку добавлю:
Майор (2013)
Жесть (2006, Денис Нейманд)
После плейтеста было принято решение ограничиваться финальным поединком команда на команду, скидываясь всеми кубами в один пул, т.к. в ситуации «два игрока по 7 кубов и джокер с тремя кубами» сторона, к которой джокер примкнул практически автоматом проигрывает, что немного странно.
Викарий — исключительно бесполезен, если остальные не подставляются, а сам он — не джокер. А если он джокер, то он тут же раскрывается после первого же убийства (что, в принципе, не так плохо, пожалуй).
Правилами обойден момент про необходимость знать, где живут умершие для выяснения места ритуала. Мы решили следовать букве, в итоге все шпионили за мертвецом (т.к. на момент его убийства никто не знал, где он живет).
У Доброго Доктора ничто не мешает выкрасть Экспериментального Человека, кроме хода, который делает наличие Экспериментального Человека бессмысленным («Никого нет дома» или как-то так). Мы решили, что красть его все-таки нельзя, но все равно — в правилах этого нет, а наличие самой возможности делает персонажа неиграбельным без хоумрулов и упирания на логическую непоследовательность.
В принципе, игра забавная. В среду сыграю с другими людьми, может чего допишу.